Любовь и жизнь в доме с яблоневым садом

ПРОЛОГ

Абунагим Абуталипов грустно посмотрел на стоявшего напротив мужчину и положил на ладонь ключи от
родного, но опустевшего без хозяйки
дома новому владельцу. С поникшей
головой Абунагим медленно направился к забору. Шаги давались ему
с огромным трудом. Сколько раз он
проходил по этой дорожке мимо яблоневого сада, направляясь домой, где
его встречали любящие глаза супруги, или сам он шёл навстречу приехавшим издалека детям.
Остановившись, Абунагим вытер
набежавшие слёзы рукавом куртки
и поднял скрипучую щеколду. Увиденное заставило его оцепенеть – попрощаться с ним пришли все жители улицы и другие односельчане. А
он вспомнил, с чего всё начиналось…

БАТРАК И КУЛАК

Совсем ещё молодой Абунагим отправился по богатым селениям в поисках заработка, чтобы помочь своей
бедной семье. Взялся батрачить. Его
хозяин Ахметдин до революции взял
в банке ссуду на расширение дела.
Однако ветер перемен добрался и
до уральских земель. Первая мировая. Смена власти. Гражданская война. Массовый голод, унёсший каждого
пятого. Деревни обезлюдели. Крепких мужских рук не хватало. А тут как
нельзя кстати появился справный
парнишка. Надо сказать, что у хозяина
была дочь Бибике невероятной красоты. Влюбился в неё Абунагим так, что
потерял голову. Постоянно думал о девушке. Но что мог предложить дочери
богатого человека простой батрак?
Шло время. В Стране Советов началась коллективизация, поиски врагов
народа. По разнарядке назначали кулаков. Кто самый зажиточный, стало
быть, он кулак и есть! Всё имущество
у кулака надлежало конфисковать, а
его и семью выслать куда подальше.
Так было и с Ахметдином – его признали кулаком и всё отобрали.
Поняв, что появился шанс, Абунагим, собравшись с духом, обратился
к бывшему хозяину с предложением
руки и сердца его дочери.
– Это не я теперь решаю, а сама Бибике, – сказал убитый горем Ахметдин.
Оказалось, поджарый, с копной рыжих волос Абунагим давно тронул девичье сердце, но она боялась вызвать
гнев отца.
Поселилась молодая пара в Буздяке.
Спустя время после скромной свадьбы их старенький домик наполнился
голосами пятерых детей. Об Ахметдине, вынужденном покинуть родную
деревню, они больше ничего не слышали. Но Абунагим часто вспоминал
его во время молитв, благодарил за
хорошее воспитание дочери. Бибике,
на чьи хрупкие плечи легли хозяйственные дела и заботы, стойко справлялась с хлопотами, с любовью поглядывая на своих маленьких шалунов.
ИСТРЕБИТЕЛЬ ТАНКОВ
Но скоро в счастливый дом Абуталиповых постучалась война – Гитлер
напал на Советский Союз. В доме не
было лишнего кусочка хлеба. Старший сын вынужденно прогнал собаку, которой он так гордился перед
товарищами – нечем стало кормить.
Тишина поселилась в доме.
Мобилизовали Абунагима на второй год всенародной схватки с фашизмом. Он думал, что его как механика определят в танкисты, но
мужчину отправили в глубокий тыл
– изучать противотанковое оружие,
которое стало поступать в войска.
Так 30-летний парень стал истребителем танков.
А дома ждали писем от главы семьи.
Каждое новое послание становилось
праздником – его приходили почитать и соседки, чтобы разделить семейную радость. В доме по-прежнему
было холодно и голодно, но глаза Бибике в такие дни теплели. А ещё она
была очень признательна другим жёнам воевавших солдат – они приносили немного хлеба.
Иногда вместе с соседками входила
в дом и частичка великого людского горя. Старшая дочь бегло читала
по-русски, её солдатки просили читать похоронки. Градом лились слёзы жён, которые оплакивали погибших мужей.
В сражении под Нарвой участвовал
бывший механик хлебоприёмного
пункта, а теперь бронебойщик-истребитель Абунагим Абуталипов. На
фронте он повидал всякое, и в трусости обвинить его не мог никто. От
метких выстрелов Абунагима замирали вражеские стальные исполины. Но вот снаряд разорвался рядом
с бронебойщиком…
Через несколько дней почтальон
принёс Бибике письмо, написанное
чужой рукой. Это всех обеспокоило,
кто-то заплакал. Оказалось, что глава семейства жив, но тяжело ранен.
А ещё в письме лежали деньги и щепотка чая.
«ЗДРАВСТВУЙТЕ, ВНУКИ!»
Хирурги провели несколько сложных операций и всё-таки вырвали
Абунагима из объятий смерти. Возвращался он домой понуро – кому нужен инвалид? Его, медленно идущего
в полинявшей гимнастёрке с медалями, бледнолицего и осунувшегося, никто из сельчан не признал. Никого не
узнавал и Абунагим. Только у самой
калитки с криками к его ногам рухнула жена. Выбежали дети. Дрогнула
раненая рука и выронила костыль. Но
подоспевшие дети подхватили отца.
Через годы дом с яблоневым садом
снова звучал детскими голосами. Это
привозили внуков дочери и сыновья.
Слёзы умиления от того, что вырастили своих ребят достойными людьми и
дожили до внуков, блестели на лицах
немолодых уже супругов.
Они ушли из жизни с разницей в
один год. Абунагим Абуталипов не
смог вынести скорби по покинувшей его Бибике и скончался через
несколько месяцев после продажи
родного дома.
А на боку радиоприёмника, подаренного дедушке на 30-летие Победы
и затем отданного мне на память, навсегда застыла надпись: «Папа умер
18.12.1981 г.»